Неточные совпадения
Да притом Григорий Александрович каждый
день дарил ей что-нибудь: первые
дни она молча гордо отталкивала
подарки, которые тогда доставались духанщице и возбуждали ее красноречие.
Особенно логической связи
подарка с немедленным отъездом и непременною необходимостью прийти для того в дождь и в полночь, конечно, этими объяснениями ничуть не выказывалось, но
дело, однако же, обошлось весьма складно.
Нет, если б я выдал им за все это время, например, тысячи полторы на приданое, да на
подарки, на коробочки там разные, несессеры, [Несессер — шкатулка со всем необходимым для дороги.] сердолики, материи и на всю эту дрянь, от Кнопа, [Кноп — владелец галантерейного магазина на Невском проспекте в Петербурге.] да из английского магазина, так было бы
дело почище и… покрепче!
Видал я иногда,
Что есть такие господа
(И эта басенка им сделана в
подарок),
Которым тысячей не жаль на вздор сорить,
А думают хозяйству подспорить,
Коль свечки сберегут огарок,
И рады за него с людьми поднять содом.
С такою бережью диковинка ль, что дом
Скорёшенько пойдёт вверх
дном?
Ему живо представилось, как он объявлен женихом, как на другой, на третий
день приедут разные дамы и мужчины, как он вдруг станет предметом любопытства, как дадут официальный обед, будут пить его здоровье. Потом… потом, по праву и обязанности жениха, он привезет невесте
подарок…
Подарок ее любезного муженька для первого
дни, — а у кого догадка есть, тот знает, за что.
12-го августа 18…, ровно в третий
день после
дня моего рождения, в который мне минуло десять лет и в который я получил такие чудесные
подарки, в семь часов утра Карл Иваныч разбудил меня, ударив над самой моей головой хлопушкой — из сахарной бумаги на палке — по мухе.
И, заметив полосу света, пробившуюся с боку одной из суконных стор, он весело скинул ноги с дивана, отыскал ими шитые женой (
подарок ко
дню рождения в прошлом году), обделанные в золотистый сафьян туфли и по старой, девятилетней привычке, не вставая, потянулся рукой к тому месту, где в спальне у него висел халат.
По дороге на фронт около Пскова соскочил с расшатанных рельс товарный поезд, в составе его были три вагона сахара, гречневой крупы и
подарков солдатам. Вагонов этих не оказалось среди разбитых, но не сохранилось и среди уцелевших от крушения. Климу Ивановичу Самгину предложили расследовать это чудо, потому что судебное следствие не отвечало на запросы Союза, который послал эти вагоны одному из полков ко
дню столетнего юбилея его исторической жизни.
В течение двух
дней он внимательно просмотрел
подарок Козлова: книгу Радищева, — лондонское издание Герцена в одном томе с сочинением князя Щербатова «О повреждении нравов в России», — Данилевского «Россия и Европа», антисоциалиста Ле-Бона «Социализм», заглянул и в книжки Ницше.
Подарок знаменательный, особенно при начале
дел наших!
О
подарках они сказали, что их не могут принять ни губернаторы, ни баниосы, ни переводчики: «Унмоглик!» — «Из Едо, — начал давиться Кичибе, — на этот счет не получено… разрешения». — «Ну, не надо. И мы никогда не примем, — сказали мы, — когда нужно будет иметь
дело с вами».
Дня два возились с
подарками.
На все у них запрещение: сегодня Посьет дает баниосам серебряные часы, которые забыли отослать третьего
дня в числе прочих
подарков: чего бы, кажется, проще, как взять да прибавить к прочим?
Третьего
дня наши ездили в речку и видели там какого-то начальника, который приехал верхом с музыкантами. Его потчевали чаем, хотели подарить сукна, но он, поблагодарив, отказался, сказав, что не смеет принять без разрешения высшего начальства, что у них законы строги и по этим законам не должно брать
подарков.
Прошло
дня два: в это время дано было знать японцам, что нам нужно место на берегу и провизия. Провизии они прислали небольшое количество в
подарок, а о месте объявили, что не смеют дать его без разрешения из Едо.
Правда, что красные девушки немного призадумывались, принимая
подарки: бог знает, может, в самом
деле перешли они через нечистые руки.
Но Илюша, уже слышавший и знавший еще за три
дня, что ему подарят маленькую собачку, и не простую, а настоящую меделянскую (что, конечно, было ужасно важно), хотя и показывал из тонкого и деликатного чувства, что рад
подарку, но все, и отец и мальчики, ясно увидели, что новая собачка, может быть, только еще сильнее шевельнула в его сердечке воспоминание о несчастной, им замученной Жучке.
Не проходило почти
дня, чтоб Тит Никоныч не принес какого-нибудь
подарка бабушке или внучкам. В марте, когда еще о зелени не слыхать нигде, он принесет свежий огурец или корзиночку земляники, в апреле горсточку свежих грибов — «первую новинку». Привезут в город апельсины, появятся персики — они первые подаются у Татьяны Марковны.
— Ну, так это
дело решенное: вы с Верочкой принимаете от меня в
подарок все это, да?
На другой
день после такой бессонной ночи Татьяна Марковна послала с утра за Титом Никонычем. Он приехал было веселый, радуясь, что угрожавшая ей и «отменной девице» Вере Васильевне болезнь и расстройство миновались благополучно, привез громадный арбуз и ананас в
подарок, расшаркался, разлюбезничался, блистая складками белоснежной сорочки, желтыми нанковыми панталонами, синим фраком с золотыми пуговицами и сладчайшей улыбкой.
И до сих пор есть еще в Москве в живых люди, помнящие обед 17 сентября, первые именины жены после свадьбы. К обеду собралась вся знать, административная и купеческая. Перед обедом гости были приглашены в зал посмотреть
подарок, который муж сделал своей молодой жене. Внесли огромный ящик сажени две длины, рабочие сорвали покрышку. Хлудов с топором в руках сам старался вместе с ними. Отбили крышку, перевернули его
дном кверху и подняли. Из ящика вывалился… огромный крокодил.
У Сони была большая кукла, с ярко раскрашенным лицом и роскошными льняными волосами,
подарок покойной матери. На эту куклу я возлагал большие надежды и потому, отозвав сестру в боковую аллейку сада, попросил дать мне ее на время. Я так убедительно просил ее об этом, так живо описал ей бедную больную девочку, у которой никогда не было своих игрушек, что Соня, которая сначала только прижимала куклу к себе, отдала мне ее и обещала в течение двух-трех
дней играть другими игрушками, ничего не упоминая о кукле.
В мучениях доживал я до торжественного
дня, в пять часов утра я уже просыпался и думал о приготовлениях Кало; часов в восемь являлся он сам в белом галстуке, в белом жилете, в синем фраке и с пустыми руками. «Когда же это кончится? Не испортил ли он?» И время шло, и обычные
подарки шли, и лакей Елизаветы Алексеевны Голохвастовой уже приходил с завязанной в салфетке богатой игрушкой, и Сенатор уже приносил какие-нибудь чудеса, но беспокойное ожидание сюрприза мутило радость.
Но вот наконец я сдал экзамен в третий класс, получил в награду Евангелие, Басни Крылова в переплете и еще книжку без переплета, с непонятным титулом — «Фата-Моргана», дали мне также похвальный лист. Когда я принес эти
подарки домой, дед очень обрадовался, растрогался и заявил, что всё это нужно беречь и что он запрет книги в укладку себе. Бабушка уже несколько
дней лежала больная, у нее не было денег, дед охал и взвизгивал...
Половодов остался очень доволен впечатлением своего
подарка, который он обдумывал в течение двух месяцев, когда сидел в Узловско-Моховском банке за кипами разных банковских
дел.
Коля с радостию согласился и дал слово, что доставит, но стал немедленно приставать: «Что означает еж и подобный
подарок?» Аглая отвечала ему, что не его
дело.
— Сейчас, когда я был с поздравлением, дала. Я давно уже просил. Не знаю, уж не намек ли это с ее стороны, что я сам приехал с пустыми руками, без
подарка, в такой
день, — прибавил Ганя, неприятно улыбаясь.
Известно было, что генерал приготовил ко
дню рождения Настасьи Филипповны от себя в
подарок удивительный жемчуг, стоивший огромной суммы, и
подарком этим очень интересовался, хотя и знал, что Настасья Филипповна — женщина бескорыстная.
Визит ее, теперь, после
подарка портрета и в
день своего рождения, в
день, в который она обещала решить его судьбу, означал чуть не самое это решение.
Ценными
подарками Таврического удивить было нельзя, зато нарочные то и
дело скакали с поташовских заводов то в Петербург, то под Очаков с редкими плодами заводских теплиц, с солеными рыжиками, с кислой капустой либо с подновскими огурцами в тыквах.
Под Главным домом, у лавочки с уральскими камнями, часу в первом
дня стоял Веденеев и, накупив целую кучу красно-кровавых рубинов, голубых сапфиров, сине-алых аметистов, малиновых турмалинов и белых, будто алмазы блестящих, тяжеловесов, укладывал их в большую малахитовую шкатулку для первого
подарка нареченной невесте. Едва отвел он глаза от игравших разноцветными переливами камней, увидал быстро, с озабоченным видом проходившего мимо Петра Степаныча.
— Обижать не стану и своего не упущу, — сказала Манефа. — Как было тогда, как Глафиру покойницу за твою обитель в Кострому я отпущала, так и теперича быть: отправка твоя, обратный путь твой же… Из зажилого половина тебе, половина на нашу обитель… Шубу тебе справлять, сарафаны, передники, рубахи мои… Насчет обуви пополам… А что
подарков девице от Самоквасовых будет, то ей, — в эти
дела я не вступаюсь. Согласна ли так?
Дня через три, по отъезде из скита старухи Чапуриной, к матушке Платониде из Осиповки целый воз
подарков привезли. Послан был воз тайком от хозяина… И не раз в году являлись такие воза в Комарове возле кельи Платонидиной. Тайна крепко хранилась.
Всякий
день ей готовы наряды новые богатые и убранства такие, что цены им нет, ни в сказке сказать, ни пером написать; всякой
день угощенья и веселья новые, отменные; катанье, гулянье с музыкою на колесницах без коней и упряжи, по темным лесам; а те леса перед ней расступалися и дорогу давали ей широкую, широкую и гладкую, и стала она рукодельями заниматися, рукодельями девичьими, вышивать ширинки серебром и золотом и низать бахромы частым жемчугом, стала посылать
подарки батюшке родимому, а и самую богатую ширинку подарила своему хозяину ласковому, а и тому лесному зверю, чуду морскому; а и стала она
день ото
дня чаще ходить в залу беломраморную, говорить речи ласковые своему хозяину милостивому и читать на стене его ответы и приветы словесами огненными.
— Ведь ты подарил, а тебе что за
дело, какое употребление я сделаю из твоего
подарка?..
Если же вы
разделяете мнение многих опытных юристов, что эти акции не стоят ничего, то, значит, вы предлагаете мне
подарок.
Несколько
дней спустя, в московских газетах было сообщено о поднесенном от публики артистке Пальм-Швейцарской богатом
подарке, состоявшем из бриллиантового колье, вложенного в роскошный букет. Это колье было поднесено князем Виктором Гариным накануне отъезда его с Шестовым в Петербург, так как срок отпуска их кончился.
Такая неизменность дружбы Виктора Гарина к отставному мужу его сестры имела причиной надежду перехватить у богача Шестова малую толику деньжонок, в которых князь Гарин очень нуждался. Он, тративший баснословные суммы на
подарки Пальм-Швейцарской, платил громадные проценты растовщикам Петербурга и Москвы и, буквально, был в отчаянном положении. Страсть его к «божественной» Александре Яковлевне не уменьшалась, а, напротив, росла не по
дням, а по часам. Та искусно поддерживала ее, идя к намеченной ею цели.
Но один из лучших
подарков был сделан утром в
день отъезда молодых; Алексей Абрамович велел позвать Николашку и Палашку — молодого чахоточного малого лет двадцати пяти и молодую девку, очень рябую.
Любя праздновать
день своего ангела с некоторою торжественностью, Егор Егорыч делал прежде для дворовых и ближайших крестьян своих пир с водкой и пивом и оделял их
подарками, но нынешний раз ничего этого не было.
Оставалась одна надежда на
подарок, который Сенечка приготовил маменьке для
дня ангела, но и та обманула его.
Кроме того, сегодня был
день ее именин — семнадцатое сентября. По милым, отдаленным воспоминаниям детства она всегда любила этот
день и всегда ожидала от него чего-то счастливо-чудесного. Муж, уезжая утром по спешным
делам в город, положил ей на ночной столик футляр с прекрасными серьгами из грушевидных жемчужин, и этот
подарок еще больше веселил ее.
И науки, и
подарок к
дням именин и рождения — обо всем надо было подумать.
— Ведь ты получил на
днях значительную сумму от своего отца, чтобы купить свадебный
подарок невесте.
Так, узнав, что владимирский наместник берет взятки, Екатерина послала ему в
подарок, в
день Нового года, кошелек длиною в аршин.
Стареющая красавица нельзя сказать, чтобы совершенно не понимала, что расточаемые ей любезности и подносимые
подарки были направлены по адресу «потемкинской затворницы», но все же эти ухаживания приятно щекотали ее женское самолюбие, а между молодыми поклонниками Калисфении Николаевны находились и такие, которые в
деле задабривания маменьки шли дальше ухаживанья,
подарков и траты денег.
В прежние времена не было бы никакого сомнения, что
дело это останется за купцом Михайлом Трофимовым Папушкиным, который до того был дружен с домом начальника губернии, что в некоторые
дни губернаторша, не кончивши еще своего туалета, никого из дам не принимала, а Мишка Папушкин сидел у ней в это время в будуаре, потому что привез ей в
подарок серебряный сервиз, — тот самый Мишка Трофимов, который еще лет десять назад был ничтожный дровяной торговец и которого мы видели в потертой чуйке, ехавшего в Москву с Калиновичем.
Он знал, что барин ведет с Алфимовым большие
дела, знал не только как приближенное к Колесину лицо, но принимал, хотя и очень незначительное, участие в прибылях ростовщика, который считал необходимым задабривать камердинера выгодного клиента, «почтенного и благородного человека», маленькими денежными
подарками. Корнилий Потапович даже не ограничился этим, а покумился с Евграфом Евграфовичем, окрестив его последнюю дочь. Куме и крестнице он тоже нашивал дешевенькие
подарки.
Решено было простоять в Гонконге пять
дней, чтобы пополнить запасы и вытянуть такелаж. Ашанин почти каждый
день съезжал на берег и возвращался с разными ящиками и ящичками, наполненными «китайщиной», которой он пополнял коллекцию
подарков, собранных во всех странах и аккуратно уложенных заботливым Ворсунькой.